MENU
Главная » 2021 » Март » 1 » ИСТОРИЧЕСКИЕ ЗАРИСОВКИ
13:13
ИСТОРИЧЕСКИЕ ЗАРИСОВКИ
Немцы- колонисты на землях Приазовья.

В конце ХIХ века (70-90 годы) из Екатеринославской и Херсонской губерний на территорию района переселяются немцы – меннониты, последователи голландского проповедника Симонса Менно. Верующие этого протестантского толка отказывались брать в руки оружие и служить в армии, а так как в Германии XVIII века шли непрерывные войны, и местные князья имели практику продавать крестьян в солдаты, меннониты бежали в Россию, где были не только свободные земли, но и обязательство правительства освободить переселенцев от воинской повинности на сто лет. В 1878 – ими основана колония Мокково, 1890 г. колония «Бадья», 1894 колония Ново Александровская, 1888 «Ново – Хаперская», 1897 колония Ново – Кирьяновская, 1899 – колония Кошкино. Хутор Корнталь (Зерновая долина) переименовано в 1915 году в село Зерновое. В 1878 году выходцами из немецкой земли Баден Вютенберг была создана немецкая колония из двух хуторов – Фельзенбах (Каменный ручей) и Фельзенталь (Каменная долина), которые, объединившись, приняли наименование Фельзенталь, переименованная в 1915 году в село Солнцево, по имени богатого собственника местных ремонтных мастерских Солнцева. Это было большое село, где к 1918 году проживало 200 человек, которые владели 1800 десятин земли (1965 га).
Всего на территории района насчитывалось 21 немецкое поселение – колонии и хутора. Немецкие колонии главным образом были ориентированы на рынок города Юзовки, имея от этого большую выгоду. В летнюю пору, выехав с вечера «по холодку», чтобы огородная продукция – лук, помидор, щавель, огурец от жары не завяли, немец утром продавал на городском базаре привезённую зелень за хорошую плату постоянным покупателям. Кроме овощеводства немцы разводили коров, насаживали сады, сеяли хлеб, варили сыр и сбивали масло. При основании села немцы строили вначале школу и церковь, и лишь затем – хозяйственные постройки. Они первыми ввели здесь севооборот, «черный пар», завезли сельскохозяйственные машины и экипажи, а также облегченные плуги, которыми можно было и пахать, и сеять. Они первыми в Приазовье начали сеять озимую пшеницу. По внешнему благоустройству и благосостоянию жителей немецкие колонии намного превосходили русские и украинские поселения. В бытовом и культурном отношениях немецкое население представляло, как бы государство в государстве — совершенно особый и самодовлеющий мир, резко отличающийся от окружающего по вере, языку, типу людей, характеру построек, одежде, по всему жизненному укладу.
Немецкие колонисты жили замкнутой жизнью и, как и греческие переселенцы, ревниво и даже более строго оберегали свою национальность и веру, так же, как и греки, нередко относились враждебно или пренебрежительно ко всему русскому и украинскому.
Немцы-меннониты же держались изолированно не только от других народностей, но даже и от своих соплеменников, если те принадле¬жали к другому вероисповеданию. Общей чертой всех в то время многочисленных разветвлений секты меннонитов было то, что в основу своего общественного устройства они клали руководящие начала святого Писания. Например, меннониты занимались исключительно земледелием и теми промыслами, которые тесно с ним связаны, следуя словам "в поте лица твоего будешь есть хлеб твой" и т.д. Крещение младенцев меннониты отвергали.
Общественное управление их было сходно с управлением немецких колоний вообще. Дела общества решались на сходе, в котором участвовали все дворовладельцы. Административная и исполнительная власть была сосредоточена в сельском приказе, состоявшем из шульца и двух бейзицеров, избираемых сходом на два года.
В церковном отношении братство меннонитов управлялось старшинами (пресвитерами), совершавшими таинства и читавшими проповеди. Особое лицо в каждой колонии — диакон — заведовало общественной благотворительностью, которая у меннонитов была развита исключительно высоко.
По характеру своему меннониты были народом примерной нравственности и честности, отличались добродушием, хотя и были грубоваты. Аккуратностью меннониты далеко превосходили немцев других вероисповеданий. Все меннониты были поголовно грамотными, хотя и не стремилась к высокой ступени образования.
Хотя в школе учительствовал и немец, но с обязательством учить русскому языку и преподавать на русском языке арифметику, историю, географию. Об удобствах жизни учителя заботились все, ибо он общий любимец и друг, и все относились к нему с почетом и уважением. От общества отводилась учителю квартира, а хлеб собирался натурой. Колонисты — люди практического ума — хорошо понимали, что их личное благополучие зависит от образования каждого и от качества этого образования, от его практической направленности и поэтому так много внимания уделяли школе, предъявляя к учителю высокие требования и одновременно проявляя постоянную заботу о нем не на словах, а на деле.
Внешне меннониты не отличались от прочих немцев-колонистов. Жилища их по своему внутреннему расположению, обстановке и чистоте резко контрастировали с крестьянскими: в них не было ни полатей, ни громадной печи. Все дома строились из кирпича и покрывались обязательно красной "немецкой" черепицей. Длинные здания выстраивались вдоль широкой и прямой улицы в строгом порядке. Перед каждым домом непременно имелся палисадник с цветником и несколькими плодовыми деревьями. Иные здания стояли перпендикулярно улице. Со двора дверь вела в холодный коридор, из которого был ход прямо в кухню, а налево — в теплую половину, разделенную на две комнаты: приемную и спальню-детскую. В приемной на стенах висели изображения святых, портреты царя и царицы, известных немецких деятелей, свидетельства о конфирмации детей и обязательно — зеркало. Направо от переднего угла располагалась высокая двуспальная кровать со взбитыми перинами, множеством подушек и пологом, предназначенная для главы семейства и его жены. В этой же комнате стояли диван, гардероб и комод, на комоде — несколько книг, в основном религиозного содержания.
Под жилым домом обычно располагалось обширное, со множеством удобств подвальное помещение, в которое вел ход из холодного коридора. Еще более обширное чердачное помещение, увеличенное не только за счет конструкции крыши, но и более всего за счет продолжения стен над потолком, чаще всего использовалось для хранения зерна, хотя во многих усадьбах были и специальные хранилища — амбары.
К жилью примыкали хозяйственные постройки для рабочих лошадей и прочего скота, сельхозинвентаря. Они или составляли с домом одну линию, или располагались под прямым углом к нему. У многих колонистов внутри помещений для скота находился колодец, чердачное пространство над этими помещениями занималось обычно под сено и другие корма. В зимнее вьюжное и морозное время можно было сутками не выходить из помещения — все необходимое для жизни имелось под рукой. Правда, в некоторых усадьбах можно было увидеть хозяйственные постройки, стоящие отдельно.
Колонисты знали цену воде в наших краях, поэтому, кроме обычного колодца, вода в котором часто была перенасыщена солями, они устраивали еще и колодцы-бассейны, где собиралась дождевая и талая вода. В задней части усадьбы обычно размещался сад, за ним клуня, скирды соломы и сена. На всей территории поддерживалась постоянно чистота — ни сорняка, ни лишней соломинки. Ветряные мельницы и скотобойни располагались за селениями. Словом, все солидно, аккуратно и практично.
Основным занятием колонистов были хлебопашество, животноводство, садоводство и табаководство. Немцы-колонисты резко выделялись среди окружающих крестьян исключительно высокой по тому времени культурой земледелия. На полях во время уборки работало много поденщиков – батраков. Зерновые обмолачивались на току при помощи каменных катков на конной тяге. Повозки у немцев были универсальные, легко и быстро переоборудовались под любые грузы. Как тягловую силу для выполнения всех сельскохозяйственных работ, перевозки грузов колонисты использовали исключительно лошадей. Крупный рогатый скот у них был красно-бурой масти, так называемый «немецкий» отличавшийся обильной молочностью. Держали колонисты очень много свиней, потому что главное блюдо их стола составляло свиное мясо, различным образом приготовленное. С наступлением осени в каждой усадьбе забивались свиньи, в иных до дюжины, а также что-либо из крупного рогатого скота. Мясо заготавливали впрок, перерабатывали на колбасы, копчености — редко в каком дворе колониста не было коптильни.
Обеденный стол у них был обильный и разнообразный. По свидетельству современника колонисты "принимали посетителей радушно, но все-таки с какой-то официальной любезностью. Предложат кофе или чай, подадут белый хлеб, масло, сливки, молоко, ветчину, яйца, сыр и т.п. Если хотят оказать особую любезность — угостят стаканом вина...".
В немецких колониях никогда не было питейных домов, и хотя немцы потребляли спиртных напитков не меньше казаков и крестьян, но пьянства и вытекающих из него безобразий не было.
Меннониты, как и прочие немцы, ходили в одежке городского типа. У мужчин картуз, белая рубаха, темные панталоны, черная или пестрая жилетка на пуговицах, сюртук или куртка, на ногах сапоги. Женщины носили короткие темно-синие или цветные домашнего изготовления юбки, белые рубашки и темные кофты, на ногах белые, синие или пестрые чулки собственной работы. Все прилично и всегда опрятно.
В 1879 году 14 немцев - католиков, выходцев из запада Мариупольского уезда, купили у помещика Выбрановского 1699 десятин земли (1855 га.) за 61164 рублей (цена 1 десятины земли этот период составляла 36 рублей). Земля была распределена между колонистами пропорционально внесенным суммам денег – самые богатые из них имели более 100 десятин земли. Она передавалась по наследству только старшему сыну и к 1917 году всё те же 14 семей владели всё теми же землями, не раздробив их. Так возник хутор Григорьевской волости Бахмутского уезда Екатеринославской губернии – Мариенталь («долина Марии», по названию немецкого села, откуда, они эмигрировали), ставший впоследствии селом Марьяновка. Для обработки обширных земельных массивов нанимались крестьяне из окрестных хуторов и деревень – Обильного, Новосёловки, Авдотьино и т.д., которые в страдную пору проживали в расположенных на окраине села землянках, позже – в крохотных саманных домиках. В 1911 г. в селе была открыта однокласная школа с одним учителем.
Соседи – греки, русские, украинцы завидовали богатству немецких колоний, но в то же время учились у них передовым методам хозяйствования. И крупные землевладельцы (помещики) и состоятельные крестьяне в горячую сельскохозяйственную страду (сев, сенокос, жатва) не могли обойтись без наёмной рабочей силы, которая в Малороссии в связи с малолюдностью этих краёв стоила больше, чем в Великороссии. Вот почему в страдную пору из Великороссии и Малороссии сюда на заработки устремлялись тысячи крестьян, многие из которых, присмотревшись, оседали в Донбассе.

И.И.Авдеев
https://vk.com/museyangelinoy
Категория: Культура | Просмотров: 20 | Рейтинг: 0.0/0

uCoz